"Зарубежное военное обозрение" 02'1990

АМЕРИКАНСКАЯ КОНЦЕПЦИЯ "ВОЗДУШНО-МОРСКАЯ ОПЕРАЦИЯ"

Полковник А.КОРСАКОВ

Американское командование впервые обратилось к использованию авиации наземного базирования в интересах флота в ходе второй мировой войны. Ранее в военной науке и практике боевой подготовки вооруженных сил США, состоявших аз двух видов - армии (сухопутные войска) и ВМС, в которые авиация входила в качестве рода сил, проблема взаимодействия континентальной авиации с корабельными группировками флота на океанских и морских ТВД практически не ставилась и не решалась за отсутствием концептуальных, организационных, оперативных и материальных предпосылок и возможностей.
Накануне второй мировой войны авиационный корпус армии США (переименован в ВВС армии в 1941 году, в самостоятельный вид вооруженных сил они были развернуты в 1947-м) насчитывал около 1700 тактических самолетов с ограниченным радиусом действия. Офицерский состав авиации армейского подчинения находился под сильным влиянием теории "воздушной мощи". Согласно ей решающая роль в войне отводилась ВВС и завоеванию господства в воздухе, а вопросы взаимодействия разнородных сил и средств либо просто игнорировались, либо отодвигались на второй план. В развитии ВМС основное внимание уделялось строительству линейных кораблей с мощным артиллерийским вооружением. При этом явно недооценивались авианосцы (соотношение линкоров и авианосцев в американских довоенных кораблестроительных программах составляло 2:1), хотя первая мировая война уже дала примеры эффективности авианесущих кораблей. В руководстве флота прочные позиции занимали приверженцы тактики ближнего морского боя.
С началом второй мировой войны в США был принят ряд чрезвычайных законов военного времени. В соответствии с ними предпринимались меры по наращиванию самолетного парка континентальной авиации, в том числе форсировались разработки и серийное производство тяжелых и средних бомбардировщиков дальнего (по меркам того времени) действия. В результате трагедии Пёрл-Харбора и вступления Соединенных Штатов в войну в стране развернулось массовое строительство авианосцев и расширились поставки в авиачасти дальних бомбардировщиков. Благодаря авианосцам морские операции, сражения и бои приобрели значительный размах, артиллерийская дуэль уступила место боевым столкновениям авианосных группировок за пределами прямой видимости друг друга. Тяжело- и среднебомбардировочная авиация положила начало новому виду боевых действий на континентальных театрах - стратегическим бомбардировкам объектов глубокого тыла противника, а также открыла возможности выполнения ряда боевых задач по поддержке сил флота.
Американские военные историки считают наиболее показательным в этом отношении Тихоокеанский театр, где американским ВМС противостоял достаточно сильный сбалансированный японский флот и протяженность зоны боевых действий вызывала необходимость привлечения авиации дальнего действия к решению задач на море. Впервые бомбардировщики В-26 приняли участие в нанесении удара по соединению кораблей ВМС Японии в мае 1942 года в районе Коралловых о-вов, действовали они с передовых аэродромов Австралии. Через месяц бомбардировочная авиация закрепила боевой опыт в морском сражении у атолла Мидуэй. Она активно действовала до окончания войны, решая задачи борьбы с надводными кораблями и нарушая систему судоходства противника, осуществляя минные постановки с воздуха, ведя разведку океанских акваторий. В последний год войны часть бомбардировщиков В-24 была оснащена радиолокационными станциями обнаружения морских целей и использовалась преимущественно по планам военно-морского командования.
В опубликованных в США исследованиях особо отмечается вклад дальнебомбардировочной авиации в нарушение морских коммуникаций Японии путем нанесения ударов по системе судоходства и постановки минных заграждений на подходах к базам и портам, в узкостях и проливах. К задействованию тяжелых и средних бомбардировщиков в "минной войне" на театре американское командование прибегло в 1943 году. Однако наибольшей интенсивности минирование с воздуха достигло в конце 1944 года и в 1945-м: тяжелыми самолетами В-29 в этот период было выставлено более 12 тыс. магнитных и акустических мин; средние бомбардировщики В-25 выполняли ежемесячно 400-590 самолето-вылетов группами и одиночно, сбрасывая при этом в японских водах 1400-2100 мин. Результаты боевых действий бомбардировочной авиации армии США на Тихоокеанском театре оценены американскими специалистами следующим образом: из суммарных потерь японского флота в 8,9 млн. т на долю авиационных ударов пришлось 10 проц., минных постановок с воздуха - около 9,3 проц. Для сравнения: потери от подводных лодок составили 54,7 проц., от палубной авиации - 16,3 проц1.
В послевоенный период опыт боевого применения наземной авиации на океанских ТВД существенного развития не получил до середины 70-х годов. Тогда в американской военной стратегии произошло смещение акцентов на подготовку к ведению обычных войн различного масштаба (без снижения приоритетов ядерного оружия). Первым толчком к усилению координации двух видов вооруженных сил при планировании возможных морских операций послужило подписание начальниками штабов ВМС и ВВС в сентябре 1975 года "меморандума согласия" о подготовке авиации ВВС к выполнению отдельных боевых задач в интересах поддержки сил флота. Документ появился как попытка реализации предложения Дж. Шлесинджера, бывшего в то время министром обороны, вооружить тяжелые бомбардировщики В-52 (рис. 1) противокорабельными ракетами (ПКР) "Гарпун" AGM-84 с целью применения в военное время для борьбы с корабельными группировками противника.
В аналогичном меморандуме 1982 года под наименованием "Совместные усилия ВМС и ВВС США по увеличению вклада ВВС в морские операции" вопрос ставился уже о подготовке к проведению совместных операций и качественно новом уровне взаимодействия. Последствиями этих актов явились согласование оперативных планов авиации ВВС и флотов ВМС США, организация их совместной боевой подготовки, проведение испытаний ПКР "Гарпун" и современного минного оружия с бомбардировщиков, установление специальных регулярных полетов-операций "Бизи обзервер" с целью ведения разведки над акваториями Атлантического, Тихого и Индийского океанов силами стратегической бомбардировочной авиации САК ВВС США.
Концепция "воздушно-морская операция" была выдвинута в Соединенных Штатах в 1984 году одновременно с принятием так называемой "новой морской стратегии" (американские военно-морские специалисты часто называют ее стратегией "передовых рубежей" или стратегией "передового развертывания") и выходом в свет переработанного варианта устава AFM 1-1 "Основная воздушно-космическая доктрина ВВС США". В этом уставе воздушно-морские операции (Aerospace Maritime Operations) впервые классифицированы как новая форма боевого применения сил и средств ВВС США на океанских и морских ТВД. С английского языка этот термин буквально переводится так - "воздушно-космические морские операции". В примечании по тексту устава разъясняется, что в необходимых случаях вместо "воздушно-космические" следует употреблять "воздушные".
Здесь представляется важным остановиться на нескольких моментах. В американских словарях военных терминов "концепция" трактуется как категория теоретическая (заявление, идея), установочная, которая при определенных условиях может быть реализована практически. Инициатива выдвижения концепции "воздушно-морская операция" принадлежит командованию ВВС США. Она отражает его стремление совершенствовать принципы, формы и способы применения авиации и сил флота в морских операциях, поднять их взаимодействие до оперативного уровня, заинтересовать командование ВМС перспективами расширения боевых возможностей стратегической и тактической авиации в совместных боевых действиях и операциях на океанских (морских) ТВД и, наконец, привлечь флот к финансированию программ модернизации самолетного парка применительно к этим задачам.
Однако отношение военно-морского командования к формированию и развитию категории военно-морских операций с самого начала оказалось более чем сдержанным. Под предлогом малочисленности состава стратегических бомбардировщиков и тактических самолетов ВВС, которые могут быть привлечены к решению задач в войне на море, их ограниченных пока что боевых возможностей, многочисленных технических и организационных проблем интеграции их с флотом при совместных действиях командование ВМС отводит авиации ВВС статус вспомогательного средства, способного решать некоторые боевые и обеспечиваюшие задачи в рамках операций. В руководстве ВВС за этими предлогами видят одну главную причину: ВМС продолжают по традиции отстаивать свои приоритеты в морских операциях и особое ("глобальное") предназначение в системе вооруженных сил, что, в конечном счете, направлено на обеспечение соответствующих бюджетных ассигнований и преимущественное развитие компонентов флота. Вместе с тем руководство ВВС соглашается с некоторыми доводами военно-морских специалистов и, не снимая с повестки дни будущее концепции "воздушно-морская операция", подчеркивает, что в настоящее время ключом к пониманию роли и места авиации военно-воздушных сил в морских операциях и систематических боевых действиях служит слово поддержка, а не подмена или разделение функций флота.
Анализ американских военных публикаций убеждает в том, что в США возрастает внимание к совместным операциям сухопутных войск, ВВС и ВМС, в том числе к воздушно-морским. Практическая реализация этой концепции связывается в первую очередь с возможностями наращивания группировки тяжелых бомбардировщиков различных типов, подготовленных в соответствии с двойным предназначением к действиям с обычным оружием на континентальных и океанских ТВД, оснащения их средствами обнаружения целей и ракетным оружием большой дальности. В результате таких мер бомбардировщики приобретут преимущества по сравнению с кораблями и авиацией флота в оперативности реагирования на изменения обстановки, в дальности обнаружения и поражения морских и наземных объектов, в ведении разведки океанских акваторий и т.д.


Рис. 1. Американский стратегический бомбардировщик В-52

ВАРИАНТЫ БОЕВОЙ НАГРУЗКИ В ОБЫЧНОМ СНАРЯЖЕНИИ ТЯЖЕЛЫХ СТРАТЕГИЧЕСКИХ БОМБАРДИРОВЩИКОВ САК ВВС США В ВОЗДУШНО-МОРСКИХ ОПЕРАЦИЯХ
Типы авиационного оружияМаксимальная боевая нагрузка
состоящего на вооруженииперспективногоВ-52В-1В
Противокорабельные ракеты "Гарпун"
AGM-84.12 (20)*- (24)*
Морские мины
Мк36.5184
Мк52.30-
Мк60 "Кэптор".18-
Мк64, Мк65.18-
Управляемые и крылатые ракеты
HARM AGM-88.- (12)*(24)*
.AGM-130.-
AGM-86"Хэв Нэп"- (12-20)*-
.AGM-136 "Тэсит Рейнбоу"- (30)*-
.SLAM.-
.LRCCM.-
Авиабомбы и сбрасываемые кассеты
Мк117.5184
Мк84.18-
GBU-87.30-
ВКЕР.--
.DAACM--

* Перспективный вариант боевой нагрузки.

Что касается морской части этих операций, то в ней выделяется несколько важных моментов. Во-первых, современной американской морской стратегией выдвигаются требования "сдерживания советской военной мощи" в безъядерных действиях б глобальном масштабе, заблаговременного передового развертывания ВМС США и их союзников в районы возможных вооруженных конфликтов, подготовки к ведению длительных боевых действий в Мировом океане с нанесением массированных ударов по силам и средствам ВМФ СССР в море и на базах, по тылам и флангам флотов и по наземным объектам в глубине территории Советского Союза. Выполнение главных задач этой стратегии намечается на основе принципов глубокого поражения, реализации преимуществ технологии и военно-географического положения, перехвата и удержания инициативы, наступательных действий, взаимодействия разнородных сил, получения максимальных выгод при задействовании минимальных сил.
Во-вторых, развязывание боевых действий предусматривается оперативным и решительным использованием морской мощи как можно ближе к операционным зонам и границам противника.
В-третьих, на начальной фазе конфликта основные усилия ВМС США и их союзников предполагается сосредоточить на поражении компонентов флота противника (группировок надводных кораблей, авиации, подводных лодок, в том числе атомных ракетных, военно-морских баз, портов, аэродромов и т. д.) и лишь затем перенести действия на поддержку наземных сил на континентальных ТВД, где, по взглядам американских специалистов, будет решаться исход войны.
В-четвертых, массовое оснащение крупных надводных кораблей (линейных кораблей, крейсеров, эскадренных миноносцев) и атомных подводных лодок крылатыми и управляемыми ракетами придает морским операциям невиданный ранее размах. К середине 90-х годов в ВМС США планируется иметь около 200 кораблей-носителей крылатых ракет морского базирования (КРМБ) "Томагавк" и произвести более 4 тыс. этих ракет в трех модификациях: противокорабельные с обычной боевой частью и дальностью свыше 500 км, в ядерном и обычном снаряжении для ударов по наземным объектам (дальность 2500 и до 1500 км соответственно). В многозарядных пусковых установках кораблей оперативных соединений американского флота в различных комбинациях могут размещаться сотни КРМБ, ПКР, ПЛУР и ЗУР. Борьба на море может принять характер комплексного, высокоточного, динамичного огневого воздействия по объектам флота противника на большую глубину.
Морские направления становятся ракетоопасными в смысле возможности нанесения ударов обычным оружием по широкому спектру целей из-под воды, с поверхности морей и океанов, а также из воздушного пространства над ними (об этом будет сказано ниже).
Но мнению командующего САК ВВС США генерала Дж. Чейна, заметный вклад в достижение целей воздушно-морских операций могут внести тяжелые бомбардировщики В-52, все экипажи которых подготовлены к ведению боевых действий с обычным оружием. В конце 1988 года 69 самолетов B-52G, не оснащенных под крылатые ракеты, выведены из состава стратегических ядерных сил и модернизируются для применения только с обычными средствами поражения в интересах поддержки сил общего назначения. Из них 30 бомбардировщиков уже вооружены ПКР "Гарпун". Группировка бомбардировочной авиации с так называемым "безъядерным статусом" может быть значительно увеличена в случае утверждения американским военно-политическим руководством плана командования САК ВВС о переводе в этот разряд значительной части самолетов B-52G в начале 90-х годов3.
Тяжелые стратегические бомбардировщики В-52 могут совершать полеты на межконтинентальную дальность без дозаправки в воздухе, обладают высокой технической и боевой готовностью, несут мощную боевую нагрузку разнообразных средств поражения морских целей (данные приведены в таблице), в течение суток могут быть переброшены в любой район Мирового океана. Их планируют использовать с авиабаз континентальной части США, а также с многочисленных передовых аэродромов в странах Западной Европы, Ближнего и Среднего Востока, азиатско-тихоокеанского региона.
На тяжелобомбардировочную авиацию в воздушно-морских операциях могут возлагаться следующие задачи: борьба с корабельными группировками, конвоями, одиночными кораблями и судами в море, а также участие в противолодочной войне; нанесение ударов по наземным объектам; постановка минных заграждений с воздуха; ведение разведки океанских и морских акваторий.
Борьба с надводными кораблями и судами. В настоящее время противокорабельными ракетами "Гарпун" (рис. 2) вооружены две авиаэскадрильи бомбардировщиков B-52G - 69 тбаэ (авиабаза Лоринг, штат Мэн) и 60 тбаэ (Андерсен, о. Гуам), предназначенные для боевого применения в зонах Атлантического и Тихого океанов соответственно (всего 30 самолетов, каждый способен нести 12 ракет). По сообщениям иностранной печати, в результате модернизации боекомплект ПКР на каждом бомбардировщике этой группировки намечается увеличить до 20 единиц.


Рис. 2. Траектория полета ракеты "Гарпун" (вариант - стрельба с дистанции 90 км): 1 - самолет-носитель; 2 - стартовый участок; 3 - маршевый участок; 4 - поиск и захват цели; 5 - самонаведение; 6 - цель; 7 - отклонение ракеты из-за ошибки ИНС (инерциальной навигационной системы)

Самолеты B-52G в противокорабельном варианте могут использоваться как самостоятельно, так и во взаимодействии с кораблями и авиацией ВМС США и их союзников, благодаря своим преимуществам в скорости, свободе маневра, дальности действий бомбардировщики будут обнаруживать корабли противника с упреждением и наносить по ним удар до того, как последние выйдут на рубежи пусков управляемого оружия. Зоны поиска и рубежи ударов бомбардировщикам назначаются соответствующим военно-морским командованием.
По опыту боевой подготовки самолеты В-52 отрабатывают данную задачу в составе поисково-ударных групп (не менее двух бомбардировщиков), могут осуществлять пуски ПКР по обнаруженным целям одновременно или последовательно, с одного или нескольких направлений, с обеспечением самолетом ДРЛО или без него.
Самостоятельные действия бомбардировщиков с ПКР считаются оправданными в ряде ситуаций, например в первые 5 сут войны, если авианосные и ракетные соединения флота не завершили развертывания в районы боевого предназначения или при необходимости поражения представляющих наибольшую угрозу группировок флота противника на выходе из пунктов базирования. Бомбардировщики могут решать задачи нанесения ударов самостоятельно, чтобы сохранить боезапас кораблей оперативных соединений американского или коалиционного флота для выполнения задач высшего приоритета.


Рис. 3. Рубежи досягаемости бомбардировщиков В-52 на океанских ТВД с одной дозаправкой в воздухе

При совместном использовании сил флота и стратегической авиации в воздушно-морских операциях построение ударных компонентов мыслится в три эшелона (как вариант). В первом эшелоне - атомные многоцелевые подводные лодки, имеющие на вооружении противокорабельные крылатые ракеты "Томагавк" BGM-109B и ПКР "Гарпун", и тяжелые бомбардировщики. Во второй эшелон предполагается включать самолеты В-52, самолеты базовой патрульной авиации Р-3 "Орион" (каждый оборудован подвеской на шесть ПКР), корабли ракетных ударных групп (РУГ). Третий эшелон могут составлять самолеты Р-3 "Орион", палубная авиация, корабли дальнего охранения авианосных ударных групп (АУГ)4. По оценкам американских специалистов, оптимальным представляется вариант совместного боевого применения тяжелых бомбардировщиков с ПКР и АУГ. При этом самолеты В-52 могут действовать за сотни миль от авианосца, а функции раннего обнаружения, наведения и целеуказания смогут выполнять палубные самолеты ДРЛО Е-2 "Хокай" (время патрулирования 3-4 ч на удалении до 320 км от авианосца, дальность обнаружения малоразмерных целей 270-480 км).
Рубежи досягаемости бомбардировщиков В-52 на океанских театрах показаны на рис. 3.
На основе расчетов, выполненных в научно-исследовательских учреждениях ВМС США, делается вывод о том, что включение наряда стратегических бомбардировщиков в состав сил, наносящих удар по крупному корабельному соединению противника, может стать фактором, определяющим успех или неудачу операции. Считается, что в боевых действиях с привлечением главных сил флотов противоборствующих сторон участие группировки тяжелых самолетов В-52 с ПКР явится абсолютно необходимым для захвата инициативы и достижения победы. В своих выводах иностранные военные специалисты учитывают не только несомый боекомплект ПКР "Гарпун" на каждом бомбардировщике, но и возможности быстрого переснаряжения самолетов стратегической авиации на передовых аэродромах, а также перспективы вооружения их крылатыми ракетами средней и большой дальности в обычном снаряжении.
Приведем одну из опубликованных в американской печати методик оценки потребного количества противокорабельных ракет с обычной боевой частью для поражения одиночных и следующих в охранении крупных морских целей. Согласно этой методике, расчет на базе исходных данных о поражающих возможностях ракет и боевой устойчивости кораблей различных классов (имеются в виду водоизмещение, основные размерения, особенности конструкции, бронирование, технические средства борьбы за живучесть и другие) сводится к эмпирической формуле: одна ракета на первые 300 футов и по одной ракете на каждые последующие 100 футов длины корабля (1 фут равен 30,5 см). Американские исследователи подсчитали, что теоретически для уничтожения авианесущего корабля длиной 900 футов (275 м) необходимо обеспечить попадание семи ПКР, а крейсера УРО длиной 755 футов (230 м) - пяти-шести ракет. Однако с учетом противодействия средств ПВО (ПРО) и радиоэлектронной борьбы корабля (оценивается по совокупности параметров, в том числе возможностей систем обнаружения и управления огнем зенитных артиллерийских и ракетных комплексов, характеристик станций предупреждения, разведки, помех и подавления и т. д.) количество ракет в ударе по указанным выше кораблям должно быть увеличено до 15-18 единиц. Если же главная цель следует в охранении, потребное количество ракет для уничтожения ее с вероятностью не ниже 0,8 возрастет многократно, почти пропорционально количеству кораблей эскорта. Так, по авианесущему кораблю или крейсеру УРО, следующему в охранении трех кораблей, потребуется применить 51-62 ПКР5.
Такой расход ракет признается чрезмерным для типовых оперативных соединений американского флота. Выход из положения специалисты по планированию морских операций видят в активном привлечении тяжелых бомбардировщиков с ПКР, совершенствовании средств дальнего обнаружения и загоризонтного целеуказания, развитии высокоточного противокорабельного оружия. Считается, например, что заданные результаты могут быть обеспечены значительно меньшим количеством ракет, если системам их самонаведения придать способность распознавания главной цели.
Несмотря на оптимистические прогнозы относительно перспектив применения стратегических бомбардировщиков против надводных кораблей, американские эксперты не скрывают появления многочисленных проблем. Так, специфические условия океанских театров предъявляют особые требования к подготовленности летного состава. Бортовая РЛС переднего обзора бомбардировщика В-52 позволяет обнаруживать надводные цели на дистанциях 55-65 миль (с высот полета 900 м и 8500 м соответственно), соизмеримых с дальностью полета ПКР "Гарпун", и не обеспечивает классификации радиолокационного контакта, упреждения в обнаружении современных боевых кораблей со средних и больших высот, внезапности ракетного удара. Кроме того, выдача бомбардировщикам целеуказаний и вывод их в точку пуска ПКР на малой высоте самолетами ДРЛО и управления Е-3 и Е-2 в настоящее время может выполняться лишь по каналам радиосвязи, что снижает оперативность и точность наведения.
Решение этих проблем командование ВВС и ВМС США связывает с интенсификацией боевой подготовки экипажей бомбардировщиков В-52 по специальной программе, модернизацией бортового оборудования самолетов, в первую очередь оснащением их РЛС переднего обзора с синтезированной апертурой и аппаратурой спутниковой навигационной системы НАВСТАР, разработкой нового поколения ПКР с командной системой управления и самонаведением, способной к распознаванию целей. Большое внимание придается также более полному использованию в воздушно-морских операциях космических средств разведки, навигации и связи.
Основы боевого применения бомбардировщиков В-52 с ПКР отрабатываются на учениях ОВС НАТО на Южно-Европейском ТВД "Дисплей детерминэйшн", воздушных армий САК ВВС США - "Майти уорриор" и "Джайнт уорриор", в ходе специальных учений "Гарпунэкс" и других.
Участие в борьбе с подводными лодками. Американские специалисты прямо подчеркивают, что бомбардировщики не предназначены, не оснащены и не подготовлены для решения задач по борьбе с подводными лодками. Их участие в "противолодочной войне" может заключаться в нанесении авиационных (в перспективе и ракетных) ударов по пунктам базирования ПЛАРБ и ПЛА, силам и средствам их обеспечения, постановках минных заграждений у баз и на маршрутах развертывания. Как элементы противолодочных действий рассматриваются также уничтожение корабельных поисково-ударных групп и бомбардировки аэродромов базовой патрульной авиации. В результате этих действий, с одной стороны, советские многоцелевые атомные подводные лодки якобы будут оттянуты с коммуникаций Запада в операционные зоны своих ПЛАРБ для усиления боевого охранения, а с другой - американским подводным лодкам будут созданы более благоприятные условия для борьбы с ПЛАРБ ВМФ СССР.
Некоторые американские исследователи поднимают вопрос о целесообразности переоборудования части бомбардировщиков В-52 в противолодочные самолеты. Их аргументы построены на сопоставлении летно-технических характеристик В-52 и Р-3 "Орион" (первые имеют боевой радиус и боевую нагрузку в 1,5-2 и 2-3 раза превышающие соответствующие показатели Р-3) и утверждениях о положительном прогнозе по критерию "стоимость/эффективность".
Предлагается также апробировать вариант совместного использования самолетов Р-3 и В-52 в противолодочных действиях в открытых океанских зонах. При этом Р-3, имеющие увеличенный запас топлива и средства обнаружения подводных лодок, сосредоточивают усилия на поиске, а В-52 по их наведению задействуют мощную боевую нагрузку (торпеды, глубинные бомбы).
Нанесение ударов по наземным объектам остается одной из основных задач стратегических бомбардировщиков и уже освоено ими. Уставом AFM 1-1 прямо предписывается авиации ВВС находиться в готовности к нанесению авиационных и ракетных ударов на любом этапе конфликта по военным, политическим и экономическим объектам противника, в том числе по стратегическим целям. Специфика данной задачи в морских операциях наглядно проявляется в акцентах на первоочередное поражение таких объектов инфраструктуры флота противоборствующей стороны, как военно-морские базы, пункты базирования ПЛАРБ и ПЛА, аэродромы, порты, узлы связи, склады боеприпасов и материально-технических средств.
При планировании ударов обычным оружием по наземным (береговым) объектам с морских направлений учитывается ряд факторов: степень развитости систем противовоздушной, противолодочной и противокорабельной обороны операционных зон флота противника; возможности поэтапного наращивания интенсивности применения КРМБ "Томагавк" класса "корабль-берег" корабельными формированиями ВМС США по мере завершения развертывания и выполнения задач завоевания господства в определенных районах океанских и морских ТВД; способность стратегической бомбардировочной авиации наносить первый авиационный удар и участвовать в последующих во взаимодействии с кораблями - носителями КРМБ, палубной авиацией ВМС и тактической авиацией ВВС. Ожидается, что боевые возможности бомбардировщиков по поражению наземных целей резко возрастут после принятия на их вооружение крылатых ракет в обычном снаряжении. С этой точки зрения концепция "воздушно-морская операция" основывается не только на реалиях сегодняшнего дня, но главным образом обращена в будущее.
В настоящее время тяжелые бомбардировщики В-52 могут нести состоящие на вооружении авиационные фугасные бомбы и сбрасываемые бомбовые кассеты различного назначения. Большинство из них предназначено для поражения живой силы и боевой техники при воздействии по наземным силам. По стационарным, в том числе защищенным объектам флота предусматривается применять обычные авиабомбы Мк117 и Мк84 (калибров 750 фунтов и 2 тыс. фунтов соответственно), кассетные комбинированные боеприпасы GBU-87 (кумулятивно-осколочные, зажигательные), бетонобойные боеприпасы ВКЕР для вывода из строя взлетно-посадочных полос аэродромов и поражения самолетов в укрытиях. По сообщениям иностранной печати, разработана и испытана управляемая бомба с ракетным двигателем AGM-130 с унитарным зарядом калибра 2 тыс. фунтов.
Американские специалисты подчеркивают, что в современных условиях силы и средства ПВО способны если не сорвать, то резко снизить эффективность действий стратегической бомбардировочной авиации, связанных с непосредственным прорывом к объектам удара традиционным оружием. Поэтому командование ВВС наметило широкую программу мероприятий по повышению боевых возможностей тяжелых бомбардировщиков с обычным оружием. Она включает целенаправленную боевую подготовку и совершенствование тактических приемов преодоления ПВО, поиск оптимальных форм взаимодействия с кораблями-носителями КРМБ и тактической авиацией, модернизацию самолетного парка, создание новых видов вооружений. Так, на базе развернутого в 1984 году в г. Фоллон (штат Невада) учебного центра самолеты палубной авиации совместно с В-52 и Е-3 регулярно отрабатывают задачи нанесения ударов по наземным и морским целям с предварительным подавлением системы ПВО противника. Обновление бортового радиоэлектронного оборудования бомбардировщиков В-52 по программе OAS (Offensive Avionics System), no оценке американских специалистов, позволяет повысить точность бомбометания на 50 проц. Установка на этих самолетах оконечной аппаратуры НАВСТАР должна сократить погрешности в точности самолетовождения и доставки боеприпасов к целям почти вдвое.
По данным военной периодики США, в перспективе можно ожидать поступления на вооружение стратегических бомбардировщиков управляемых ракет "Хэв Нэп" (для поражения малоразмерных защищенных объектов на дальности До 100 км), УР SLAM (Stand-off Land Attack Missile) - модификация ПКР "Гарпун" (для применения по наземным целям), противорадиолокационных ракет "Тэсит Рейнбоу" с дальностью полета 600 км, новых кассетных бетонобойных боеприпасов (DAACM). К более отдаленным проектам относится вооружение бомбардировщиков крылатыми ракетами последующих поколений, например находящихся в разработке крылатых ракет воздушного базирования (КРВБ) LRCCM (Long-Range Conventional Cruise Missile) с дальностью полета около 3 тыс. км в обычном снаряжении. Командующий САК ВВС США генерал Дж. Чейн считает, что в целях повышения защищенности бомбардировщиков может быть положительно решен вопрос оснащения их УР класса "воздух-воздух" или противорадиолокационными ракетами для нейтрализации мобильных зенитных ракетных комплексов6.
Характерно, что планы использования бомбардировщиков с обычным оружием распространяются не только на В-52, но и на новые В-1В (рис. 4) и перспективные В-2.
Минные постановки с воздуха. Подтвержденная историческим опытом роль тяжелых бомбардировщиков в "минной войне" на океанских и морских ТВД не вызывает сомнений американского командования. По его оценке, данная задача не требует ни модификации самолетов, ни обеспечения силами флота, ни освоения новых тактических приемов. Более того, разработка некоторых образцов минного оружия ведется с учетом технических возможностей существующих и перспективных бомбардировщиков.
Постановку минных заграждений с воздуха силами стратегической бомбардировочной авиации предусматривается осуществлять как в угрожаемый период, так и в ходе войны на подходах (выходах) к военно-морским базам, портам, на маршрутах развертывания кораблей и подводных лодок, в узлах морских коммуникаций, узкостях, районах боевых действий (скрытно, оперативно, в любых гидрометеоусловиях).
Каждый бомбардировщик В-52 может нести до 18 якорных глубоководных противолодочных мин МкбО (с торпедой Мк46), от 30 до 51 донной магнитно-акустической мины Мк52 и Мк36 соответственно, а также перспективные донные мины Мк64 и Мк65, созданные по программе "Квик страйк". Минная нагрузка самолета В-1В, по данным генерала Дж. Чейна, еще выше. В частности, он способен будет поднимать до 84 мин Мк36.
Задача минных постановок бомбардировщиками В-52 отрабатывается на учениях "Майнекс" в различных регионах мира. В Тихоокеанской зоне, например, они проводятся по такой схеме: группа из трех - шести самолетов В-52 выполняет полет по маршруту от авиабазы Андерсек (о. Гуам) до специального полигона у побережья Южной Кореи и обратно. В пределах полигона каждый бомбардировщик сбрасывает пять учебных мин, особое внимание уделяется точности минной постановки. Общая продолжительность данного учения составляет около 14 ч7.
Ведение разведки океанских акваторий. С развитием средств космической разведки океанских и морских ТВД воздушная разведка не утратила своего значения. Командования ВВС и ВМС США считают тяжелые бомбардировщики единственным в своем роде средством, способным осуществлять длительное наблюдение за надводной обстановкой, вести поиск определенных группировок кораблей и судов, устанавливать за ними слежение с передачей данных разведки в реальном масштабе времени, наводить на них ударные силы авиации и флота или атаковать самостоятельно.
По сообщениям американской печати, пара бомбардировщиков В-52 в течение 1 ч может обследовать район площадью 154 тыс. кв. миль, при более детальном просмотре акватории - за 2,5 ч около 100 тыс. кв. миль. В ходе учебно-боевых операций "Бизи обзервер" самолеты В-52 парами выполняют полеты по заданному маршруту. При обнаружении надводных целей один бомбардировщик осуществляет общее наблюдение за обстановкой с высоты 4,5-9 тыс. м, другой с малой высоты производит фотографирование объектов разведки. Донесения об обнаружении целей, визуальной классификации их и элементах движения делаются по радиоканалам с заданной периодичностью. Подтверждающий материал экипажи представляют по возвращении на авиабазу8.
Радиоэлектронное противодействие средствам ПВО. При выполнении любой боевой задачи в рамках морских операций предусматривается использовать потенциал тяжелых бомбардировщиков по ведению радиоэлектронной борьбы. Каждый самолет В-52 оснащен многочисленными станциями оценки радиоэлектронной обстановки, разведки, предупреждения об атаке, постановки пассивных и активных помех на различных частотах радиодиапазона. Это аппаратура управления помехами AN/ALR-46, приемник сигналов AN/ALR-20, РЛС предупреждения об атаке истребителями из задней полусферы AN/ALQ-153, станции маскирующих помех AN/ALQ-117, AN/ALQ-122, AN/ALQ-155 и другие. Они призваны обнаруживать работу и подавлять РЛС обнаружения и управления огнем кораблей и наземных объектов, активных головок самонаведения УР классов "земля-воздух" и "воздух-воздух", связных УКВ радиостанций не только в целях самозащиты бомбардировщиков, но и для обеспечения пролета к объектам ударов смешанных авиационных групп в составе самолетов В-52, тактической авиации, заправщиков, ДРЛО9.


Рис. 4 Американский стратегический бомбардировщик В-1В

Управление стратегическими бомбардировщиками в воздушно-морских операциях. Этот вопрос представляется командованиям САК ВВС и ВМС США одним из самых сложных и дискуссионных. С одной стороны, считается необходимым передавать выделенную для участия в воздушно-морской операции группировку бомбардировщиков в оперативное подчинение старшего военно-морского начальника в зоне боевых действий, с другой - представители ВВС настаивают на сохранении прав управления действиями бомбардировщиков за компетентным авиационным командиром. Судя по публикациям в американских военных изданиях, структура управления может выглядеть следующим образом: прерогативой комитета начальников штабов явится принятие решения на выделение наряда тяжелых бомбардировщиков и других сил и средств ВВС и общая постановка задач; планирование боевого применения и всестороннего обеспечения стратегической авиации будет осуществляться совместно штабами ВВС (САК) и ВМС; выбор целей и постановка конкретных задач на каждый боевой вылет станут функцией военачальника, ответственного за проведение морской операции; непосредственное управление группировкой бомбардировщиков, требующее соответствующих знаний и опыта, может быть возложено на командира авиадивизии (крыла) САК, возглавляющего оперативную группу.
Тактическая авиация в воздушно-морских операциях. По взглядам американского командования, наибольшую угрозу коммуникациям Запада и оперативным соединениям флота в море в случае войны наряду с подводными лодками будет представлять ракетоносная авиация противника. Поэтому не случайно в уставе AFM 1-1 ВВС США одной из составных частей воздушно-морских операций названы боевые действия по отражению авиационных и ракетных ударов (по американской терминологии "противовоздушные операции").
Обеспечение ПВО сил и средств, участвующих в различных морских операциях, корабельных группировок и судов предусматривается возложить на палубную авиацию ВМС и тактическую авиацию ВВС. Определенные надежды связываются с возможностями использования тактических истребителей F-15 в качестве перехватчиков самолетов - носителей КРВБ и самих крылатых ракет на максимально возможных дистанциях от АУГ, РУГ и других корабельных соединений. Эти истребители способны патрулировать воздушное пространство на удалении до 1850 км от своих аэродромов. Если они будут действовать с передовых, в том числе островных авиабаз и обеспечиваться самолетами-заправщиками, вынос "воздушного патруля" в океан и продолжительность пребывания в воздухе заметно возрастут. По расчетам специалистов ВВС США, один самолет-заправщик КС-10 может обслужить дежурство в воздухе четырех тактических истребителей F-15 в течение 6 ч на полный боевой радиус. Дальнее обнаружение воздушных целей и наведение на них истребителей-перехватчиков при этом осуществляются самолетом Е-3 системы АВАКС.
Таким образом, в концепции "воздушно-морская операция" нашли отражение опыт второй мировой войны, качественные и количественные изменения в составе и вооружении ВМС и ВВС США, современные взгляды американского командования на характер, способы и формы ведения боевых действий на океанских и морских ТВД с обычным оружием. Воздушно-морские операции будут отличаться от классических морских операций прошлых войн агрессивной наступательной направленностью, в основе которой лежит угроза массированного применения высокоэффективного ракетного оружия по широкому спектру целей силами и средствами ВМС и ВВС. Данная концепция создала еще одну предпосылку для ускоренной разработки принципиально новой категории "воздушно-наземно-морская операция" с ключевой идеей глубокого поражения противника в обычной войне на континентальных и океанских театрах объединенными усилиями трех видов вооруженных сил США и их союзников. Роль стратегической бомбардировочной и тактической авиации ВВС США в воздушно-морских операциях может существенно возрасти в результате создания новых перспективных образцов оружия в обычном снаряжении.
В последнее время благодаря новому политическому мышлению и конструктивным инициативам советского руководства в мире происходят обнадеживающие перемены. Впервые после второй мировой войны США начинают пересматривать сложившиеся стереотипы в отношении СССР. В то же время в основе военной политики Вашингтона по-прежнему остается принцип опоры на силу. Администрация США, например, не идет на переговоры о сокращении ВМС, в которых они удерживают значительное превосходство. В Соединенных Штатах продолжается массовое развертывание крылатых ракет большой дальности морского и воздушного базирования. Подобная позиция в сочетании с планами ускорить претворение в жизнь концепции "воздушно-морская операция" подрывает процесс укрепления доверия между странами, создает серьезные препятствия на пути разоружения.
HTTP://ATTEND.TO/COMMI
Hosted by uCoz